Николай ХОДЫКО

Не расстанусь с тобою, подруга-гармонь


Ускорился бег времени. Стремителен прогресс. На смену одним технологиям приходят другие - более совершенные. И это, вероятно, замечательно. Но с развитием прогресса, с трансформацией общества и изменением его ценностных ориентиров, национальная культура теряет что-то очень важное, системообразующее, - традиции, которые уходят корнями в глубь веков и являются основой любого искусства. Уходят в прошлое традиционные промыслы, которые нарабатывались несколькими поколениями мастеров. И удивительно, никакая современная техника, и технология не заменит тепла человеческих рук. Вещь, «сработанная», настоящим мастером несет в себе частицу его души и тепла, особенно, если речь идет о музыкальных инструментах. Профессию мастера-реставратора язычковых инструментов сегодня можно отнести к разряду исчезающих. И если мы не можем изменить ход времени, то в наших силах просто зафиксировать и передать тем, кто придет после нас…



Рынок небольшого районного города. Место для встреч, покупок, разговоров накоротке. Место для демонстрации своего благосостояния и «не очень». Люблю иногда «потолкаться» среди людского потока, услышать острое «словцо», высмотреть интересный типаж. Все улыбаются и здороваются друг с другом. Так здесь заведено.
У выхода ютятся ряды со всякой мелочью. Непременно пройду мимо лотков со старыми инструментами, армейскими ремнями и зачитанными книгами. Вдруг, среди ржавых кос, сантехники и видавших виды хромовых сапог – гармонь. Лучи солнца играют в металлических деталях корпуса, скользят по веселеньким разноцветным цветочкам и кнопкам клавиатуры. «Любительская, на память другу. 1975 год», прочитал я незамысловатую надпись на корпусе. Потертые ремни, потрескавшийся кое-где лак. Хозяин - пожилой мужчина в пиджаке неопределенного цвета и тельняшке раскурил папиросу и, уловив мой заинтересованный взгляд, взял в руки инструмент, заиграл и запел :
Не дай божа з такім лесам
Любіць хлопца з доугім носам.
Каб яго пацалаваць,
Трэба нос адпілаваць
Случайные прохожие останавливались и улыбались.
- Жаль продавать верную подругу, посетовал пожилой гармонист. Уже более тридцати лет вместе. А сколько свадеб на ней отыграл. Ни разу не подвела. Да вот деньги нужны. А гармонь хорошая заказная, ручной работы, звонкие медные голоса. Правда, требует небольшого ремонта. Поэтому и цена символическая. В 1975 году заказал у мастера Сиротко в Осиповичах. Не долго думая, купил я инструмент, надеясь отремонтировать и обучить сына. Родители часто хотят видеть в своих детях воплощение своих несбывшихся надежд .
Долго пылилась гармонь и ждала ремонта. Иногда, только недовольно «рыкнет», когда жена, ворча, переставляла её с места на место. Куда не обращался, везде отмахивались. Не помню, кто уж подсказал телефон минского мастера-реставратора язычковых инструментов. Уникальная по нынешним временам профессия. Настоящих мастеров – универсалов сегодня практически не осталось. Секреты мастерства передавались из поколения в поколение. Уйдут старые мастера, тогда некому будет починить голоса, клавиатуру, сделать новый мех гармони.
Договорились о встрече. На улице Волоха живет Николай Иосифович Ходыко. Высокого роста. Широкоплечий и статный мужчина с посеребренными временем висками. Добрая улыбка из-под пшеничных усов. Внимательный оценивающий взгляд. Крепкое рукопожатие, не смотря на возраст. Мастеру скоро восемьдесят.
Позже, наблюдая за Николаем Иосифовичем, я видел, как он преображался, когда брал в руки любимый инструмент. Глаза лучились светом и радостью.
Прошли в мастерскую. Я рассказал о своих проблемах, показал гармонь. Николай Иосифович надел потертые ремни, растянул и сжал меха, послушал. Прошелся по кнопкам клавиатуры. Открыл защёлки и заглянул прямо в «душу» гармони. Посмотрел голоса. Движения его были плавны и бессознательны. Так он, вероятно, поступал не одну сотню раз, когда приносили инструмент в починку. Я тем временем, украдкой рассматривал мастерскую, которая ютилась на крошечной кухне. Небольшой сверлильный станок, тиски, наждак. Различные молоточки, напильники, клещи. Отдельно лежат заготовки, баллончики с лаком и клеем. Все сложено аккуратно, с любовью, имеет свою строгую систему.
- Случай серьезный, но дело поправимое, сказал мастер и с любовью погладил гармонь. Я берусь за ремонт и хочу дать инструменту вторую жизнь. Для этого нужно снять все крепления, ремни, уголки. Затем полностью очистить корпус от старой краски и покрыть его несколькими слоями морилки. Сделаем новый орнамент. Для этого вырежем углубления на 2 мм и вставим мозаику из цветного пластика. На боковой решетке сделаем фигурные узоры. Это улучшит внешний вид гармони и обеспечит дополнительный выход звука. Затем весь корпус покрываем лаком и оковываем по периметру металлом. Далее самое сложное – необходимо переделать старую восьмипланочную гармонь в двадцатипятипланочную, что расширит звуковые возможности инструмента. Поставим новые пуговицы из цветного оргстекла и басовую горку. Меняем сломанные голосовые язычки, наклеиваем новые лайки голосов. Поврежденный мех разбираем. Каркас меха изготавливаю из плотного картона. Он соединяется наклеенными лайками и обклеивается ситцевым материалом. Ставлю уголки на каждый зуб меха, предварительно начистив до блеска. И в конце мех обклеивается полосками из дерматина. Дальше настройка и гармонь готова.
- Сколько же времени уйдет на ремонт, поинтересуюсь я.
Дней двадцать тридцать – сорок. Позвоните предварительно.
Вот и прошел месяц ожиданий. На мой телефонный звонок услышал бодрый голос мастера, приходите не узнаете свой инструмент.
Гармонь стояла в зале на самом видном месте. Невозможно было оторвать взгляд от инструмента. Окованный металлом и покрытый свежим лаком корпус. Фирменный рисунок с белорусскими мотивами. Мастер взял гармонь в руки и сыграл любимую Польку, чтобы проверить работу и продемонстрировать возможности «певуньи». Звук просто хрустальный.
- Бери и пользуйся на здоровье. Если гармонь не «пересиливать» во время игры, то она прослужит долго. Иначе ломаются язычковые голоса, отклеиваются и начинают пропускать воздух кожаные лайки меха.
Пять лет гарантирую, авторитетно сказал мастер. Под решеткой я обычно оставляю запись: тональность гармони, время исполнения ремонта и иногда свое имя. Не всегда, правда.
- Через мои руки прошло более ста гармоней фабричных и заказных. Из них нет ни одной похожей. Проще работать с заводскими инструментами. Заказная гармонь отличается от фабричной улучшенным внешним видом, наличием басовой горки. Гриф выполняется по особому заказу. Старые мастера голоса делали, как правило, из меди, что давало гармони певучесть. И тем не мене, они все мне дороги, как дети. Ведь я вложил в них частицу своей души.
Ну а теперь, как водиться, хорошую работу надо «обмыть», улыбнулся Николай Иосифович и позвал меня на кружку ароматного чая на травах. За кружкой чая в непринужденной беседе пролетели годы жизни мастера.
- Родился я в 1928 году в деревне Пески Пуховичского района. Позже семья переехала в Моторово.
- Перебирая в памяти прошедшие годы, с особой теплотой вспоминаю отца Ходыко Иосифа Карповича. Простой сельский труженик, умел немного читать и писать, слыл лучшим столяром. Отец умел играть на скрипке, сам сделал этот сложнейший музыкальный инструмент. Думаю, что от него у меня любовь к музыке. Бывало, по большим праздникам, к нам в дом приходил брат отца. Они садились за стол выпивали чарку и отец доставал скрипку. Он играл, а я тогда подросток, не понимал, как такие чарующие звуки можно извлечь из маленькой скрипки.
Отец всегда помогал людям, словом и делом. Жаль, что он не смог увидеть моей работы.
До войны в Моторово было несколько гармонистов. Наум Мирончик играл на «венке», которую привез из немецкого плена. Знатными гармонистами считались Василий Дерех, Владимир Детко и Василий Крайко. В 14 лет я самостоятельно научился играть. В 1939 году из Моторово стали забирать парней на Финскую войну. Родители будущего солдата обязательно устраивали вечер проводов в армию. Приглашались крестные отец и мать новобранца, уважаемые односельчане и молодежь. Накрывали столы в хате. Будущему солдату желали: «Отслужить и вернуться здоровым», « Чтоб родителей вспоминал, и письма домой писал». На вечере много танцевали и пели под гармонь: «А куда, паренёк, а куда ты?», «Последний нонешний денёк». Гости дарили новобранцу деньги и подарки «солдату на мыло». Девчата - вышитые платочки. Жители деревни выходили попрощаться с новобранцем. По деревенской улице шел гармонист за ним новобранцы с плачущими матерями и девушками. Замыкали шествие мы – деревенская детвора. Я готов был шлепать босиком по лужам за гармонистом, лишь бы слышать его игру. За околицей деревни, новобранцы садились на телегу и с песнями ехали на станцию. При этом неизменно доставали вышитые девушками белые платочки и махали ими на прощанье.
А первая гармонь у меня появилась в 1941 году. Её оставили отступающие красноармейцы. В 1942 году отец возил инструмент в Марьину Горку к братьям Мазаникам на переделку. Были у нас в районе такие известные мастера гармонных дел. Делали они гармони простые внешне, но звонкие и певучие. И сегодня среди гармонистов считается большой удачей иметь гармонь, сделанную Мазаником. Приходилось мне работать с инструментами братьев Мазаников, Судника, Гайдукевича, Размысловича. Самые певучие и надежные - это гармони Гайдукевича. Его инструменты играют уже более тридцати лет без единого ремонта. Гайдукевич учился у Судника. Старые мастера рассказывали, что Гайдукевич делал гармонь около года. Придет к Суднику показать свою работу. Тот послушает и об колено гармонь. Мол, не годиться! Работай ещё! Вот так создавались подлинные шедевры – трудом и терпением, ну и конечно талантом.
Премудростями ремесла я начал учиться в 18 лет. Требовалось починить гармонь к свадьбе. Самостоятельно наклепал семь голосов, а материал взял из пружины будильника. С тех пор я и заболел «страстью» к гармоням. В этом непростом деле помогала моя профессия.
За плечами Николая Иосифовича учеба в железнодорожном училище, работа в депо, затем слесарем на радиозаводе. Окончил школу мастеров и трехгодичный факультет хозяйственных руководителей – в университете марксизма-ленинизма. Работал мастером цеха на радиозаводе. За 27 лет безупречной работы постиг в совершенстве все премудрости работы с людьми и металлом.
-И не известно, что легче, усмехается в усы Николай Иосифович.
-Для меня главное – сделать добро другому человеку. После долгой и кропотливой работы, когда несколько раз возвращаешься к одной детали или элементу, доводишь её до совершенства - испытываешь чувство удовлетворения. Всё-таки сделал, смог! А авторитет настоящего мастера, как известно, подтверждается его работой и музыкантами.
Кстати сказать, истинные мастера гармони - Д. Д. Ровенский и М.И. Слизский, называли Николая Иосифовича лучшим специалистом своего дела. Ещё мастер делает великолепные бубны для фольклорных коллективов.
-Я буду продолжать свое дело до самого конца, пока хватит сил держать в руках инструменты, пока глаза будут видеть. Ведь я всей душой люблю свою работу и без неё не могу прожить и дня. Она дает мне силы и надежду на завтрашний день. Это мое призвание, моя судьба, а знаете, - это великое счастье найти себя, свое место в жизни. Освоить, дойти до сути какого-либо дела.
Хочу оставить после себя память, чтобы люди играли на моих гармонях с удовольствием. А это так замечательно – дарить своим трудом радость. Хотелось бы иметь учеников, ведь ремесло несет в себе столько секретов. Да вот жаль, молодежь мало интересуется этой тонкой и кропотливой работой – сделать из разных материалов и частей гармонию, чтобы она ожила нужно вложить в нее душу. А это под силу только доброму человеку, любящему свое дело.
Жаль, что гармонь все меньше и меньше можно услышать на свадьбе, деревенской завалинке. Уходят старые гармонисты, а придет ли им на смену молодежь? Это дело сегодня в основном продолжается в ансамблях. Так, например, за многолетнюю историю ансамбля «Дударыкі», художественный руководитель Дмитрий Дмитриевич Ровенский подготовил целую плеяду молодых гармонистов. Необходимо сохранить наше песенное и инструментальное наследие. Мне кажется, что в наше сложное время идет отступление в плане нравственности, веры и традиций. Музыка, наоборот, делает человека добрее и мягче. Дети занимаются в таких коллективах с большим энтузиазмом.
Сам Николай Иванович Ходыко играл 5 лет в составе ансамбля «Дударыкі», начиная с 1998 года участвует в международном фестивале народной музыки «Звіняць цымбалы и гармонік» в г. Поставы, «Мінскі гармонік». А на последок, мастер взял в руки свой гармоник и заиграл:
Гэй сябры, трымайце ноты
І гармонік и смычок
Мы з вялікаю ахвотай
Затанцуем гапачок.
Лилась звонкая мелодия задорной частушки. А на моей «новой-старой» гармошке учится играть мой сын. А значит, все продолжается. Не уйдет в прошлое народная музыка, и мы еще попляшем и споем под звуки гармони.

20.10.2007
Сергей ЛИХТАРОВИЧ.
Белорусская Нива

Оригинал статьи опубликован по адресу: http://www.belniva.by/index.php?option=com_content&task=view&id=4280&Itemid=43


Log in to comment