Героем «Поэмы про гармонь» Ивана Кашпурова стал гармонист из Калиновки

В 1964 году И. Кашпуров написал «Поэму про гармонь». Ее герой, Федор Иванович Ходарин, один из тридцати двух земляков-калиновцев, чьи имена прозвучали в произведениях поэта, кому, по сути, воздвиг он нерукотворные памятники.
Каким он был, знаменитый весельчак, не расставшийся с гармошкой до последних своих дней? Рассказывают стихи и люди.
Я не знаю, как попала
та присуха нам в село,
что в мехах таила алых
и прохладу, и тепло.
(Здесь и далее – фрагменты «Поэмы про гармонь».)

Федор Ходарин.

-А принесла инструмент в Калиновку бабушка Василиса,- говорит сын героя поэмы Василий.- Ее пятнадцатилетней девочкой отдали замуж в село Высоцкое, а она сбежала к деду Ивану с узелком, куда поместились все ее нехитрые пожитки, и с гармошкой. На ней бабушка играла и старалась привить любовь к музыке детям. Сыновьям (а их у нее было пятеро) купила по гармошке, научила играть. Все братья отца воевали, двое погибли на фронтах Великой Отечественной. Отец (он родился в 1912 году) тоже воевал, раненым попал в плен. Бежал, но под Миллерово поймали его итальянцы. Вернули в лагерь. Приговорили к расстрелу. Решил снова бежать, получил фашистскую пулю в спину, но на этот раз добрался до своих вместе с другим беглецом, товарищем по несчастью. Отлежал в госпитале; подлечили, а потом вместо фронта отправили в Сталинград на принудительно-восстановительные работы. Ранение в спину приравнивалось чуть ли не к предательству: значит, повернулся к врагу спиной. И никто не стал разбираться, при каких обстоятельствах это произошло, не принял во внимание показания свидетеля побега. Такое было время…

Федор Иванович не любил рассказывать о войне и никогда не надевал медали. Слишком глубокой была обида и душевная рана – глубже, чем от вражеской пули.
С гармошкой расставался он, пожалуй, лишь в военные годы.
- Да и в мирное время не играл, наверное, только на похоронах,- рассказывает Василий Федорович.- Раньше ведь, перед тем, как начинать дом строить, делали саман. Тут уж все село на помощь собиралось! А после работы – праздник с песнями и плясками. Без гармониста не обойтись. А сколько свадеб играли! И проводы в армию были всеобщими торжествами. Отец и играл хорошо, и пел. Кашпуров еще подростком его с удовольствием слушал. Когда молодежь утраивала клуб «Заря» в пустом бесхозном доме (об этом говорится в поэме),  будущий поэт был в числе активистов. Так что произведение основано, скорее всего, на его детских впечатлениях.
Отерев со лба испарину
и гася веселья пыл,
выход Федора Ходарина
парень бойко объявил.

И гармонь, гармонь двухрядная,
чутко вздрогнув, ожила
и сердца в поля нарядные
вслед за песней повела.

Каждой травкой, каждым колосом
мир зеленый говорил.
Лился полдень птичьим голосом,
звонок, молод, синекрыл.

И светлели взгляды черствые
под навесами бровей,
и обветренные, черные
лица делались добрей.

Никогда такого не было,
сколь ни слушали гармонь,
чтоб от песни, чтоб от небыли
в сердце вспыхивал огонь.

А двухрядка души грубые
поднимала к небесам…


Федор Иванович работал в колхозе табунщиком, строителем, ездовым. Любил лошадей, участвовал в скачках. До старости оставался «фактурным» мужиком, стройным и подтянутым. Был жестким, требовательным и в то же время отходчивым, никогда не помнил зла. Дорожил семьей. Мог в зимнюю вьюгу отправиться за несколько километров в хутор Розлив за яблоками для жены. Пока принесет, а ей яблок расхочется – что с беременной женщины возьмешь! Однажды среди ночи до самой больницы в с. Александровское нес заболевшего сына на руках.

- Он был очень интересным рассказчиком,  не любил вранья. Люди тянулись к нему. В свои приезды в родное село И. Кашпуров подолгу беседовал с отцом. Иногда они уходили в степь на целый день,- продолжает Василий Федорович.- Когда поэма вышла в «Ставропольской правде», это был такой праздник – не только семейный. Все село гудело! В краевой газете написали о простом колхознике из Калиновки! А потом появились у нас книги Ивана Васильевича. Но раньше я читал стихи как-то бегло, не вдумываясь. А со временем понял их ценность, посмотрел на родное село по-другому. Почувствовал, насколько точно подмечены Кашпуровым характеры сельчан, детали нашего быта, говора особого.
Василиса Самойловна прожила 90 лет и до конца своих дней не расставалась с мечтой о прекрасном. Всем внукам она тоже купила гармони и научила играть. А внуку Саше бабушка подарила баян. Александр Васильевич окончил Ставропольское музыкальное училище, преподавал в школе. Свою любовь к музыке он передал сыну Николаю. А Федор Иванович жалел, что его дети с бабушкиными гармониками так и не подружились…
Белый снег на белом свете.
Замела года метель…

Спросишь – девушка иль парень
покачает головой:
«Гармонистом был? Ходарин?
Есть Ходарин – ездовой!..»

И немного станет грустно.
Крикнуть хочется: «Постой!
Это ж Федя нас к искусству  
приобщал своей игрой.


Это ж Федя неустанно 
веселил сердца и грел,-
мир Прекрасного сельчанам
открывал он, как умел.

Это ж он дарил нам первый
нежность звуков и тепло…»
Оттого сейчас, наверно,
любит музыку село.

И пускай не помнят дети
звонкой Фединой зари,
мы – отцы уже и деды,- 
мы спасибо говорим.
за игру его, что силой
души полнила не раз,
что напевами России
Красоту будила в нас.

Давно уже нет Федора Ходарина (он умер в 1987 году в возрасте 75 лет), но его песни помнят люди старшего поколения и с удовольствием рассказывают о своем земляке. Пусть и молодые читают поэму и знают, что жил в селе на Ставрополье удивительный человек с непростой судьбой, сохранивший в душе и щедро даривший землякам радость и красоту.
Любовь ШУБНАЯ,

Заслуженный работник культуры РФ, член Союза российских писателей и Союза журналистов России,
село Александровское, Ставропольский край.
На снимке: Федор Ходарин.
Фото из семейного архива Ходариных.
Любовь ШУБНАЯ

Источник - газета "Александровская жизнь"



Виталий Алексеев аватар
Виталий Алексеев ответил в теме #11531 8 года 6 мес. назад
Статья изменена, а вернее опубликован ее расширенный вариант, присланный автором.