Печать
Просмотров: 14631

Вятский кустарный промысел, второй по величине после тульского, выработал свою модель гармони – вятскую однорядку. Крестьянин Троицкой волости Вятской губернии И. Шишкин, начавший свой промысел в конце 1860-х годов, способ настройки звукоряда с одинаковыми звуками при смене движения меха на правой клавиатуре перенял у ливенских мастеров (О гармонике. 1928, с. 47).



По данным из самоучителя И.К. Шашина для однорядной ливенской и вятской гармони, вятские однорядки имели двенадцатиклавишную клавиатуру для правой руки и двухклавишный басо-аккордовый комплекс (Шашин, 1907, с. 3).

По сведениям А.А. Новосельского, обследовавшего старинные образцы гармони, вятские однорядки (тальянки) были и с узким диапазоном правой клавиатуры (восемь клавиш, дающих обиходный звукоряд в объеме одной октавы), и с широким – до трех октав (О гармонике. 1928, с. 36). Музыкально-игровые возможности одного из образцов старинной вятской однорядки приводит А. Мирек (1968, с. 48).



Структура звукоряда аналогична структуре тульской пятиклапанки, а не ливенки. Две клавиши басо-аккордового комплекса дают также, как и в тулке, два аккорда тонико-субдоминантового отношения: кварт-секст-аккорд от трезвучия IV ступени звукоряда и его приму-бас (на сжим меха) и трезвучие I ступени звукоряда и его приму-бас (на сжим). Таким образом, вятская однорядка позаимствовала у ливенки лишь сам принцип независимости звучания от движения меха (и только для правой руки), а структуру звукоряда и басо-аккордового комплекса взяла от тульской однорядки.

Назначение третьей клавиши басовой клавиатуры, дающей I ступень обиходного звукоряда в октаве (ре первой октавы и при растяжении меха, и при сжатии), требует особого пояснения. На фоне игровых возможностей правой клавиатуры этот звук выглядит явно лишним, поскольку он просто дублирует первую клавишу правой руки. Это, видимо, какой-то рудимент, отразивший ранний этап развития гармошки.

Такой звук, как мы помним, был крайне необходим для тульской пятиклапанки, чтобы можно было завершать наигрыш I-й ступенью обиходного лада одновременно с его трезвучием (на сжим).

Можно предположить, что такой звук, действительно, был в пятиклапанке добавлен, но, естественно, сначала в клавиатуре правой руки, подобно тому, как это имеет место в двенадцатикнопочных образцах современной саратовской гармошки (Схема № 51), затем перекочевал в клавиатуру левой руки, как это можно наблюдать в басо-аккордовом комплексе касимовской гармони (Схема № 59), наконец, был удержан при переходе вятской однорядки от тульской модели к образцам с одинаковым звучанием на сжим-разжим (Для поддержания исполнительского навыка гармонистов), где и сохранился до последнего времени.

Некоторое представление об игре на вятской однорядке дают три наигрыша, записанные от гармониста, коллекционера гармошек П.В. Костина (Смирнов, 1962, № 4, 31 и 32). Два из них демонстрируют фактурную близость наигрышам на тульской пятиклапанке.

Наигрыш “Я на горку шла” – характерный образец игровой реализации на гармошке обиходного звукоряда. Наигрыш завершается на его I-й ступени, что придает аккордам сопровождения ярко выраженный тонико-субдоминантовый оттенок (пример № 83).

Подобно тулке и ливенке вятская однорядка получила широкое распространение. Помимо Вятской, Пермской, Вологодской и других губерний, где отдельные гармонисты играют на ней до сих пор, широкое бытование ее отмечено также в Сибири. По данным из “Томских губернских ведомостей” сибирскую однорядную тальянку изготавливали вятские мастера с начала ХХ в. По свидетельству телевизионной передачи ”Играй, гармонь!”, старинный образец сибирской тальянки имеет структуру клавиатур 17х (6+6). правая клавиатура охватывает диапазон от до малой до ми второй октавы, однорядна и не зависит от смены направления меха. Басо-аккордовый комплекс получил, по сравнению с исходной моделью, значительное развитие (12 клавиш в два ряда), но сохранил зависимость от направления движения меха.

В последней работе А. Мирека описаны два образца вологодской тальянки со структурами клавиатур 12×3 и 12×6, звуковые и игровые возможности которых также аналогичны образцам вятской однорядки (Мирек, 1994, с. 64). Это – однорядные инструменты, звуки которых при смене движения меха в правой клавиатуре одинаковые, в левой – разные.

Структура звукорядов первого из них полностью идентична структуре звукорядов вятской однорядки (Схема 52). Третья клавиша в клавиатуре левой руки, называемая пискун или гудочек, также дает I ступень (как на сжим, так и на разжим) обиходного звукоряда в октаве (Мирек, 1994, с. 64, описание в тексте).

Второй образец в левой руке уже не имеет гудочка, зато его басо-аккордовый комплекс существенно развит, как в сибирской тальянке.



Этот басо-аккордовый комплекс складывается из трех пар аккордов, тесситурно продублированных (поэтому – 6 клавиш). Три разные пары аккордов имеют набор созвучий главных ступеней ионийского соль мажора и миксолидийского (обиходнозвукорядного) ре мажора. При этом аккорд (фа диезля – ре) – тонический для ре мажора, но доминантовый для соль мажора, – мог звучать и на сжим, и на разжим.

А.А. Банин "Русская инструментальная музыка фольклорной традиции."

Войдите чтобы комментировать